Ценность гуманитарного знания

29–30 августа 2013 года в Большом зале Российской академии наук состоялась конференция научных работников РАН «Настоящее и будущее науки в России. Место и роль Российской академии наук». Предлагаем Вашему вниманию текст выступления академика-секретаря Отделения историко-филологических наук РАН академика Валерия Александровича Тишкова.

Профессора02.09.2013 // 1 154
© flickr.com/photos/mental_surfeit

Уважаемые участники конференции, коллеги!

Хочу сказать как руководитель Отделения историко-филологических наук РАН о месте и о роли именно академического гуманитарного знания в российском обществе. Гуманитарное знание имеет особую ценность в современной технократической цивилизации, и важность поддержки гуманитарных наук как необходимого условия развития страны, поддержки интеллектуального потенциала нашего общества, формирования национального самосознания российского народа является довольно тривиальной констатацией при обсуждении состояния науки и образования. Однако этот тезис в последние пару лет подвергается сомнению некоторыми политиками и управленцами в области науки и образования. Предлагалось даже слияние РГНФ с РФФИ под предлогом устранения дублирования функций, некоторые члены правительства высказывались уничижительно о работе российских ученых-гуманитариев, их отсталости от мировой науки. Один из министров, слив в собственном министерстве три культурологических института в один, выразил мнение о необходимости «сливать» и академические гуманитарные институты. В т.н. дорожной карте развития науки, в перечне важнейших научных направлений развития науки в Российской Федерации гуманитарная наука блистает своим отсутствием. Предложения по рейтингованию научных институтов и отдельных ученых, включая индексы цитирования, никак не учитывают специфику гуманитарного знания и труда ученых в этой области. Например, ведущую роль не журнальных статей, а монографий в публикационной активности гуманитариев, обязательное предпочтение русского языка в сочинении научных текстов по отечественной истории, филологии и лингвистике, самодостаточную научную значимость публикации архивных документов, летописно-фольклорных текстов или научного комментированного издания писательского творчества и т.д. По нашему предложению РАН направила письмо министру Ливанову сделать эти поправки в системе оценки институтов и ученых, но ответ пока не получен. Кстати, на 1 октября уже намечено что-то вроде тотального рейтингования российских НИИ. И это важный вопрос в жизни научного сообщества.

Мое ощущение таково, что вернувшиеся в центр внимания «сталь и сплавы» и разные «нано» и «био» начали сужать пространство и осознание значимости классических гуманитарных наук. Это подтверждается сокращением в 5–10 раз в этом году и в предыдущие годы количества бюджетных мест на классические гуманитарные науки, особенно на историю и филологию. Это сокращает число профессионально подготовленных специалистов, которые могли бы на должном уровне преподавать отечественную историю, русский язык и литературу. Зато в историческую науку вовсю лезут людишки с должностными или денежными ресурсами, чтобы обрести ученые степени, не имея представления о сути научного труда. Потом ходят всю жизнь с обозначенными на визитках научными степенями и званиями, дискредитируя образ и статус ученого и воруя позиции у подлинных тружеников науки. Это, кстати, проблема и нашей внутренней ответственности и твердости в охране собственных рядов и престижа профессии ученого. Могу сказать, что за 22 года работы директором института в нашем специализированном совете по присуждению ученых степеней не защитился ни один госслужащий и ни один бизнесмен! Обычно говорю таким «соискателям»: «Я свой совет не контролирую и поэтому результат не обещаю». И сразу отползают в сторону. В порядке самоочищения здесь нужно изменить ситуацию к лучшему, хотя за последние пару десятилетий наклепалось фальшивых «доцентов с кандидатами» неизмеримое число. Они теперь калечат студентов и воспроизводят себе подобных, а еще хуже — оказываются во власти и считают себя «сами с усами» по части реформирования науки и экспертизы принимаемых законов и решений. Для естественников это не такой актуальный вопрос, а для нас — важная и трудно решаемая проблема. Статус и уважение ученого можно вернуть, только когда с заборов и из Интернета исчезнут даваемые часто нами же самими объявления об «изготовлении под ключ» дипломных работ и диссертаций.

Область классических гуманитарных наук часто понимается как статичное пространство, которое скорее сохраняет то, что уже создано предшественниками, нежели производит новое знание. Теряется понимание того, что высокий уровень гуманитарной науки, преемственность в развитии научных школ историков и филологов в России, как и в странах Западной Европы, обеспечивались благодаря функционированию сети специальных научных учреждений, имеющих свою историю и свои традиции. Сегодня РАН остается в нашей стране единственной структурой, имеющей в своем составе сеть институтов, для которых фундаментальные историко-филологические исследования являются основной задачей. Результаты работ этих институтов не всегда заметны в медийном поле. Ведь гуманитарные науки редко дают одномоментные прорывы в познании нашего прошлого и в осмыслении культуры. Здесь чаще всего происходит медленное накопление новых знаний, на что могут уходить годы и десятилетия. Тем не менее, исследования историков и филологов академических институтов в последние десятилетия во многом изменили представления о нашем прошлом, обновили видение многих крупных исторических явлений. Например, полноценное представление о многообразии древних культур на территории современной России сформировалось в мировой науке во второй половине XX века в результате работ академических экспедиций с появлением массивов новых материалов о скифах, сарматах, греках — основателях городов на черноморском побережье, финно-угорских народах, Волжской Булгарии, Золотой Орде. Новые открытия элитных сарматских погребений на Южном Урале (т.н. «царский курган» в Филипповке), о которых в последние недели несколько раз рассказывалось в новостных программах, были сделаны специалистами Российской академии наук.

Средневековая Русь была практически заново открыта археологами в последние десятилетия XX века благодаря достижениям Новгородской археологической экспедиции. 2012 год был объявлен Годом истории потому, что историки установили истоки и воссоздали 1150-летнюю историю российской государственности. Сегодня Новгород с его коллекцией берестяных грамот, боярскими усадьбами, открытыми в раскопах, археологическим музеем на Рюриковом городище символизирует тысячелетние корни российской культуры и государственности. Но так было не всегда. Этот образ раскрыт усилиями археологов, историков и лингвистов, объединенных академиком В.Л. Яниным. На наших глазах меняются представления о становлении человека современного антропологического облика, времени и путях древнейшего заселения человеком Евразии. Первооткрывателями являются сибирские ученые, и за эти открытия академик А.П. Деревянко был удостоен в 2012 году Государственной премии РФ.

Не менее впечатляющие достижения сделаны в последние десятилетия в других областях исторической науки. Они связаны с введением в научный оборот огромного массива архивных материалов, раскрывающих историю нашей страны в XX веке. Эти документы сделали возможным объективное освещение драматических событий прошедшего столетия — от революции и Гражданской войны до распада СССР. Обращение к архивным документам для оценки событий Новейшей истории стало нормой, оно востребовано в журналистике, документы из секретных архивов постоянно появляются на телеэкране. Напомню, что задача «открытия архивов» с документами советского времени была поставлена в 1990-е годы историками РАН и выполнялась Росархивом в сотрудничестве с историческими институтами Академии. Академики А.А. Фурсенко, Н.Н. Покровский задали высокий уровень публикации архивных источников Новейшего времени.

Чтобы стать классным историком, лингвистом, востоковедом, требуется огромный и многолетний труд, а денежной, утилитарной отдачи от этого недоучкам и менеджерам увидеть трудно. Из-за этой слепоты общества и слабой конкурентности гуманитарных чудиков-грамотеев в России становится все меньше специалистов, знающих древние языки, работающих со средневековыми рукописями, читающих скоропись XVII века, ориентирующихся в архивных фондах. Пока классические школы целого ряда гуманитарных дисциплин сохраняются и продолжают развиваться только в институтах РАН. И едва ли даже перекормленный деньгами какой-либо вуз возьмется за создание 6-томной «Всемирной истории», 18-томной «Исторической энциклопедии», 20-томной академической «Истории России», 10-томной «История Китая», 30-томной серии «Народы и культуры» по истории и этнографии народов бывшего СССР. Последняя серия потребовала 20 лет труда сотен ученых, объединенных Институтом этнологии и антропологии РАН.

Не могу не сказать о значении работ в области языкознания и литературоведения. Чем была бы наша страна и наша культуры без издания полных академических собраний сочинений русских писателей? Это делается многолетним трудов филологов ИМЛИ им. Горького и Санкт-Петербургского Пушкинского дома. Сейчас идет подготовка полных собраний сочинений А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, И.А. Гончарова, И.С. Тургенева, А.А. Фета, Н.А. Некрасова, Л.Н. Толстого, А.М. Горького, М. Волошина, А.А. Блока, В.В. Маяковского, А.П. Платонова, М.А. Шолохова и других классиков русской литературы. В последние годы вышли в свет собрания сочинений С.А. Есенина, А.М. Ремизова, Велимира Хлебникова, которые могут быть отнесены к крупнейшим достижениям мировой редакционно-издательской практики.

Чем был бы мир нашей словесности без академических многотомных словарей русского языка, лингвистических атласов, публикаций фольклорных материалов, многотомных историй национальных литератур? Академические словари, как и собрания сочинений писателей, являются одной из основных форм сохранения культуры нации, родного языка и языкового разнообразия как мирового культурного наследия. Назову несколько осуществляемых нами изданий: «Большой академический словарь русского языка», «Словарь русского языка XI–XVII вв.», «Русский этимологический словарь», «Этимологический словарь славянских языков», «Словарь русских народных говоров». Фундаментальный «Большой орфоэпический словарь русского языка» включает более 120 тыс. слов. Крупный инновационный проект академической лингвистики — «Национальный корпус русского языка», который в настоящее время содержит около 500 млн словоупотреблений. Идет работа над корпусами языков народов Российской Федерации, включающих сегодня 36,5 млн словоупотреблений.

Вся эта работа, весь этот гигантский и плохо оплачиваемый труд нужны нашему народу как свидетельство одной из самых просвещенных наций мира и как гарантия против одичания. Эти труды нужны и мировой культуре, ибо нет образованного человека в любой части планеты Земля, который не знал бы имен Чехова, Толстого, Достоевского, Солженицына. А это значит, что за все эти труды Российская академия наук заслуживает благодарности, почтения и поддержки. Унижая Академию и образ российского ученого, мы унижаем страну и ее народ, а они этого никак не заслужили.

Комментарии