Продается Греция

Кому принадлежит воздух и памятники? Несколько тезисов относительно стратегий экономического «спасения» при утрате суверенитета

Политика10.10.2016 // 253
© Фото: Tobi Gaulke [CC BY-NC-ND 2.0]

Алексис Ципрас и правительство СИРИЗЫ проглядели ряд приватизаций, по масштабу превосходящих все, что мир видел со времен воссоединения Германии.

Несколько вводных замечаний Стафиса Кувелакиса [1]: Самый устойчивый из мифов о капитуляции СИРИЗЫ перед «тройкой» (ЕС, ЕЦБ, МВФ) гласит, что это был «навязанный выбор». Иначе говоря, «не было альтернативы» подписанию третьего меморандума, учитывая крайне неблагоприятное соотношение сил на европейском и международном уровнях. Это единственный рациональный, на первый взгляд, аргумент, который Ципрас и его последователи сумели сформулировать, оправдывая свои действия.

Но это еще не все. Ципрас не просто отмел альтернативы, предложенные почти половиной членов его же партии, и не просто привел свое правительство к самой ошеломляющей капитуляции, когда-либо совершенной политической силой левого толка: он еще и согласился остаться у власти, дабы в полном объеме и добросовестно претворять в жизнь политику своих бывших противников.

Вследствие этого, чтобы сделать левацкую версию аргумента «альтернативы нет» более убедительной, нужны дополнительные самооправдательные аргументы. Главным из них является такой: «Мы проводим в жизнь все эти новые меры жесткой экономии не по своей воле и делаем все возможное, чтобы ослабить их негативные последствия».

Те из левых, кто до сих пор защищают СИРИЗУ, повторяют вслед за ней этот аргумент. Среди них французский философ Этьен Балибар, который в одной из своих недавних статей пишет, что, хотя Ципрас был «вынужден уступить диктату европейцев», он все-таки «старается сделать так, чтобы эта политика жесткой экономии и экспроприации национального богатства была как можно менее несправедлива по отношению к тем, кто уже пострадал больше всех».

Но на самом деле достаточно посмотреть на то, какую правительственную линию проводит СИРИЗА сегодня, спустя год после подписания третьего меморандума, чтобы опровергнуть этот аргумент. В нижеследующей статье мы сосредоточим внимание на одном из самых важных аспектов продолжающегося эксперимента в стране: на внедрении модели «накопления через ограбление», причем не в стране Глобального Юга или Восточной Европы, а в государстве, входящем в зону евро с момента ее создания и в Европейское экономическое сообщество с начала 1980-х годов. Мы продемонстрируем, что Ципрас и его правительство вовсе не облегчают последствия того, что его предшественники согласились сделать: на самом деле они осуществляют распродажу государственных активов в масштабах, невиданных со времени воссоединения Германии.

Автор этого текста, Элени Порталиу, — представительница греческого леворадикального лагеря, пользующаяся большим авторитетом. В течение многих лет она была членом Коммунистической партии Греции (внутренней). По профессии Элени Порталиу — архитектор и до выхода на пенсию была профессором Афинского политехнического университета. Несколько раз она избиралась в городской совет Афин, затем была членом Центрального комитета СИРИЗЫ, который покинула летом 2015 года. Она была среди пионеров городских движений и принимала самое активное участие в кампании против приватизации греческих государственных активов.

Стафис Кувелакис

  

Приватизация — изъятие государственной собственности частным капиталом — центральный элемент неолиберальной глобализации, привычное орудие, используемое не только национальными правительствами, но и наднациональными организациями, такими как Международный валютный фонд, ОЭСР, Всемирный банк, Европейский центральный банк (ЕЦБ) и Европейская комиссия.

Сегодня Греция — эпицентр приватизации. Третий меморандум, подписанный правительством Ципраса в 2015 году, позволил передавать собственность греческого государства мультинациональным компаниям и другим государствам с применением скандальных методов.

Кража не является чем-то необычным. Приватизация — это один из нерушимых принципов неолиберального экономического мышления наряду со сбалансированностью бюджетов, независимостью ЕЦБ, запретом на эмиссионное финансирование дефицита, а также тесными связями с финансовыми рынками. Эти принципы были на конституционном уровне заложены в фундамент европейского дома. Они кодифицируют присвоение и расточение государственного богатства, уничтожают человеческий труд и подрывают шансы на выживание нашей планеты.


Государственная собственность на государственный долг

В Греции все плохие вещи, кажется, случаются по три. Стратегия изъятия государственной собственности в стране происходит от трех кардинальных перемен в имущественных отношениях, введенных соглашениями о кредитах и последующим принятием трех меморандумов.

Во-первых, банки были отданы иностранным инвесторам по смехотворно низким ценам. При этом государственный сектор, который приобрел бедствующие банки за деньги налогоплательщиков и мог бы национализировать их, упустил из рук главный инструмент регулирования в экономике.

Приватизация банков способствовала изъятию частной собственности греческих бизнесов при посредстве «красных кредитов» и ценных бумаг, владельцами которых были банки. Это было второе радикальное изменение. Изъятие бизнесов оправдывали как часть плана по реструктуризации и консолидации крупных предприятий, чтобы они могли сменить владельцев наиболее выгодным для новых собственников образом.

Затем последовали изъятия малых и средних предприятий, включая те, которые совпадали с основными местами жительства владельцев — фермеров, самозанятых лиц и мелких предпринимателей, — что означало разорение для многих из них. Фонды, аккумулирующие имущество, отбираемое в обеспечение обязательств по долгу, уже инициировали скупку банками проблемных кредитов.

Третья фундаментальная перемена в режиме собственности касается изъятия государственной собственности с целью обслуживания якобы государственного долга. Чтобы понять эту перемену, прежде всего необходимо рассмотреть обоснованность утверждений о государственном долге страны, служащих оправданием для конфискации государственной собственности.

Какова связь между приватизацией и государственным долгом?

В Европе, как и в Америке, реальным эпицентром кризиса 2008–2010 годов стал банковский сектор, и выделение государственных денег на предотвращение его банкротства привело такие страны, как Греция, к банкротству. Государственный долг — это не долг общества. Это долг глобальной банковской системы, которая разрушилась из-за неконтролируемых спекулятивных движений финансового капитала. Банковская система была поддержана государственными деньгами, с их помощью она выжила во время кризиса, и сегодня она продолжает работать точно так же, как до коллапса.

Природа этого расклада не является секретом. Парламентская комиссия по установлению истины относительно государственного долга (июль 2015 года) охарактеризовала этот долг как «нелегитимный, одиозный, незаконный». Кроме того, его невозможно оплатить: на сегодня он приближается к 300 млрд евро.

Согласно заключению комиссии, «невозможность оплаты греческого государственного долга всегда была прекрасно известна международным кредиторам, греческим властям и системным средствам массовой информации. Тем не менее, в 2010 году греческие власти вступили в сговор с правительствами некоторых стран Европейского союза против реструктуризации государственного долга в целях защиты финансовых учреждений. …СМИ скрывали правду от общественности, делая вид, что… осуществляется спасение Греции в целом, а не только банков… создавая нарратив, целью которого было представить дело так, будто население Греции каким-то образом заслуживает плохого обращения со стороны кредиторов». Кроме того, «сумма, выделенная в рамках программ по спасению 2010 и 2012 годов (меморандум), контролировалась из-за рубежа через сложные механизмы, исключающие какую-либо финансовую автономию. Кредиторы строго диктовали выделение кредитных средств для целей “спасения”, из которых лишь небольшая часть, менее 10%, была направлена на покрытие текущих государственных расходов».

Греческий народ знает об этой схеме. Отсюда — лозунг небывало массовых и воинственных акций протеста в 2010–2012 годах: «Мы ничего не должны. Мы ничего не продадим. Мы не будем платить».


Суверенитет

Суверенное государство имеет право отказаться от изъятия своих ключевых активов.

Mайкл Хадсон, профессор экономики в Университете штата Миссури и советник правительств многих стран, говорит: «Ни одно суверенное государство не может быть лишено своих активов. Это не просто нарушение принципов демократии, это равносильно отрицанию того, как определяется суверенное государство в международном праве. Так что это нечто более серьезное, чем атака на демократию. Это внутриевропейская война».

Реальность немного сложнее. По словам государственного советника (и президента Палаты окружающей среды и устойчивого развития) Марии Караманоф, государственная недвижимая собственность может быть разделена на три категории. Первая включает в себя имущество, которое по своей природе неразрывно связано с фундаментальными общественными целями национального суверенитета и устойчивого развития (оборона, безопасность, основные элементы природной и культурной среды, базовая энергетическая и транспортная инфраструктура и т.д.).

Вторая категория включает в себя имущество, обслуживающее государственные цели, которые являются неотъемлемой частью современного социального государства и входят в инфраструктуру, необходимую для предоставления соответствующих государственных услуг (больницы, школы, общественные здания, казармы и т.д.).

Третья категория включает в себя государственную недвижимость, которая явно является частной собственностью государственного сектора. Только эта третья категория может, при определенных условиях, быть передана частным лицам, причем всегда в соответствии с процедурами, определенными суверенным государством, а не экстерриториальными организациями, такими как, до некоторой степени, Фонд приватизации госимущества Греческой Республики (HRADF) и, в гораздо большей степени, недавно образованный приватизационный суперфонд АО «Греческая компания активов и долевого участия» (HCAP), предназначенная для изъятия всей греческой государственной собственности под непосредственным контролем и по прямому решению Европейского центрального банка и Европейской комиссии.

Кроме того, управление уступкой государственных активов, распродажа которых допустима по Конституции, является исключительной прерогативой государства, в данном случае греческого. В отношении HRADF видный эксперт по конституционному праву Георгий Касиматис заявил, что этот «фонд денационализации частной собственности, как бы его ни называли, является незаконным и преступным учреждением, поскольку он нарушает национальный суверенитет в отношении управления государственной собственностью и наносит безмерный экономический ущерб государству».


Первая волна приватизаций

Незаконность разгосударствления / изъятия государственной собственности в Греции не помешала ему случиться. До недавнего времени разворовывание проходило через HRADF, и это было законодательно закреплено Законом 3968/2011, предусматривавшим, что результаты деятельности фонда должны использоваться исключительно для погашения государственного долга страны.

Шаг за шагом все большее число государственных активов переходило во владение HRADF: более тридцати пяти портов, более трех тысяч объектов государственной недвижимости (среди них аэропорт «Эллиникон» и отель «Астерас Вульягмени», курорты, кемпинги, гостиницы сети Xenia, здания министерств, государственные административные здания и т.д.), десятки объектов собственности за рубежом, десятки памятников (как включенных, так и не включенных в реестр), национальные дороги, сорок аэропортов, военные объекты, природный газ, оборонная промышленность (Hellenic Defense Systems SA, Hellenic Vehicle Industry SA), нефть (Hellenic Petroleum), множество пляжей и затопляемых приливом береговых полос площадью в десятки тысяч гектаров, предприятия водоснабжения (EYDAP, EYATH), сотни и тысячи гектаров земли, водно-болотные угодья, железные дороги (TrainOSE SA, EESSTY SA [Греческая компания технического обслуживания железнодорожного подвижного состава]), почтовые отделения (ELTA) и приносящие прибыль предприятия.

Процесс денационализации через HRADF шел медленнее, чем желали бы так называемые «институты» еврозоны, — до тех пор пока к власти не пришло правительство СИРИЗЫ и Независимых греков. Были акции протеста, было обращение к конституционным судам, и во многих случаях прокурорами были заведены уголовные дела по экономическим преступлениям.


Зеленый свет

Подписание третьего меморандума в июле 2015 года стало сигналом к более широкому наступлению европейских «институтов». И вот месяц назад было одобрено создание нового приватизационного суперфонда — HCAP. Этот фонд станет четвертой составляющей закона под названием «Неотложные меры по реализации соглашения о достижении фискальных целей и структурных реформах, а также другие меры» (статьи 184–233). Он не принадлежит к государственному сектору, будь то в строгом или в расширенном понимании, и положения, касающиеся государственных компаний, не распространяются на него, если иное не оговорено вышеупомянутым законом.

HCAP действует в соответствии с правилами частного сектора экономики и в интересах общества для достижения конкретных целей, которые определяются следующим образом: во-первых, погашение (якобы) государственного долга; и во-вторых, предоставление средств для инвестиционной политики страны, которая полностью контролируется европейскими «институтами», Eвропейским стабилизационным механизмом (ESM) и Eвропейской комиссией. Половина прибыли компании направляется на оплату долга, а остальные прибыли используются для инвестиций HCAP в соответствии с положениями, изложенными в статьях закона.

Срок деятельности компании определен в 99 лет, хотя по первоначальным оценкам он должен был составлять 35 лет. Для сравнения: срок деятельности HRADF составлял всего шесть лет. Европейский союз фактически заявил право собственности на будущее Греции.

Правовая идентичность HCAP позволила этой компании инкорпорировать ряд юридических лиц как прямые дочерние компании: Фонд финансовой стабильности (HFSF), Фонд развития государственных активов Греческой Республики (HRPADF), АО «Компания государственных имуществ» (PPCo SA), АО «Компания государственных холдингов». Для достижения своих целей НСАР имеет право создавать и другие дочерние компании.

Все основные активы государства, небольшая часть которых — сверх и помимо нынешних концессий — была включена в HRADF, переданы новой компании. Что касается недавно сформированного АО «Компания государственных холдингов», то ей будут принадлежать оставшиеся доли государственного участия Греции в государственных предприятиях, и она будет управлять этим участием в соответствии с лучшей международной практикой и Руководящими принципами ОЭСР.

Государственные предприятия, контролируемые АО «Компания государственных холдингов», подлежат должному надзору в соответствии с нормами национального и европейского законодательства. При регистрации согласно уставу АО «Компании государственных холдингов», акции государственных предприятий автоматически передаются безвозмездно этой компании. Собственность и владение всех движимых и недвижимых активов, принадлежащих греческому государству и управляемых АО «Компания государственных имуществ» в соответствии с законом 2636/1998, автоматически переходят к HCAP безвозмездно; единственным исключением являются особо охраняемые природные территории, которые будут непосредственно управляться этой вновь образованной компанией.

Наблюдать за этим накапливанием государственного богатства будет наблюдательный совет, насчитывающий пять членов, трое из которых выбираются греческим государством с одобрения Европейской комиссии и Европейского стабилизационного механизма, а два члена, в том числе председатель наблюдательного совета, выбираются Европейским союзом и Европейским стабилизационным механизмом с одобрения министра финансов.

Суперфонд НСАР и его непосредственные дочерние компании, за исключением FSF и HRADF, имеют широкую свободу действий в использовании своих новых активов. Они могут продавать их, или передавать любые права на них частным компаниям и акционерным обществам, или продавать акции третьим лицам.

Трудовые отношения и права людей, работающих в этих прежде государственных компаниях, также будут в корне нарушены. HCAP и его непосредственные дочерние компании могут нанимать сотрудников по частноправовым контрактам на определенный или неопределенный срок. Они могут и перемещать работников — насильственно переводить на другое место работы людей, чьи частные компании или акции компаний передаются НСАР или одной из ее дочерних компаний, — или переводить сотрудников из HCAP в ее дочерние компании, или из одной дочерней компании в другую. И, наконец, НСАР может брать любой персонал из правительственных учреждений, или государственных организаций, или из государственного сектора с целью работы на суперфонд или его дочерние компании.

Оптовая сдача греческих государственных активов экстерриториальным институтам посредством процессов, неподконтрольных каким бы то ни было выборным органам, состоялась практически за одну ночь, причем проект закона был выпущен всего за два дня до его принятия. Тексты соглашений были составлены ad hoc «институтами» и ратифицированы услужливыми греческими парламентариями.


Кому принадлежит воздух?

Изъятие региональных аэропортов страны и бывшего аэропорта «Эллиникон» позволяет оценить огромный масштаб кражи, совершаемой в настоящее время.

Разгосударствление четырнадцати региональных аэропортов — Салоники, Корфу, Закинф, Акций, Кавала, Ханья, Родос, Кос, Санторини, Миконос, Митилена, Скиатос и Самос — почти завершено, несмотря на значительное движение протеста на местах и незаконный характер этой денационализации.

С самого начала существует множество правовых вопросов. Согласно греческой Конституции, передавать эти государственные аэропорты в частные руки нельзя. Существует также потенциальный конфликт интересов, так как компания Lufthansa (которая принадлежит германскому государству) является техническим консультантом для греческого государственного сектора, и она же является участником консорциума, которому передаются греческие аэропорты. Таким образом, нарушаются нормативы ЕС и международные правила, касающиеся прозрачности, беспристрастности и свободной конкуренции.

Кроме того, экономическая часть соглашения просто скандальна. Консорциум единовременно выплатит греческому государству 1,234 млрд евро, что соответствует чистому доходу государства от этих аэропортов за три года. Если вычесть 520 миллионов евро, которые были выданы Национальной стратегической рамочной программой (NSRF) на выполнение работ в Салониках и Ханье и которые государство обязано вернуть, то сумма к уплате сокращается до 714 млн евро. Годовая арендная плата, вносимая Fraport за 14 аэропортов, составляет 0,023 млрд евро, что соответствует годовому обороту одного только государственного аэропорта Корфу.

За 40 лет контракта консорциум заработает более 22 млрд евро, а вернет государству только 3,85 млрд. Если разгосударствление этих экономически здоровых аэропортов будет осуществлено, то, поскольку они тянут на себе еще 18 экономически слабых аэропортов, государство будет вынуждено оплачивать расходы на содержание тех 18 или же закрыть их с трагическими последствиями для местных жителей, особенно на островах.

Столь же серьезная тема — контроль германского капитала над авиацией и туристическим сектором Греции. В результате огромной концессии, предусматривающей передачу афинского аэропорта компании Hochtief, греческое государство потеряет способность планирования в сфере воздушного транспорта (обслуживание местного населения, политическое укрепление отдельных регионов, развитие туризма и т.д.), а ведь она является одним из важнейших предпосылок для способности страны структурировать свою экономику.

Федерация ассоциаций Греческого ведомства гражданской авиации представила план развития и модернизации аэропортов и увеличения их доходности. Ее отчет демонстрирует картину полного разорения: государственные активы в буквальном смысле отдаются в чужие руки, в то время как существует жизнеспособная альтернатива. Но даже если бы цена была выгодной, эту концессию осуществлять нельзя. Государство без активов теряет свой суверенитет. Оно становится протекторатом, каковым Греция сегодня и является.

Относительно государственной недвижимой собственности — бывшего аэропорта «Эллиникон» и пляжа «Святой Косма» — есть серьезные вопросы, касающиеся законности и конституционного порядка, которые были — посредством внесудебной коммуникации — доведены до сведения премьер-министра Ципраса и министра финансов Цакалотоса делегацией из сорока граждан во главе с Манолисом Глезосом и членом Европарламента Никосом Хунтисом.

То, что выдается за «инвестиции» в «Эллиникон», фактически представляет собой конфискацию более 6 млн кв. м государственной земли, представляющей огромную экологическую и экономическую ценность, причем осуществляется эта конфискация в ходе процедур, которые являются и антиконституционными, и, вероятно, незаконными.

Прокурором по борьбе с экономическими преступлениями Иоаннисом Драгацисом было начато расследование касательно той низкой цены, по которой была получена концессия, и отчет о нарушениях европейского права в настоящее время рассматривается Комитетом по петициям.

Выбранная инвестиционная компания, Lamda Development, приобрела права на эту греческую территорию сроком на 99 лет с 30% неразделенной полной собственности и владения. Это вопиющее присвоение государственной собственности.

В соответствии с планом Нормана Фостера, сопровождающим договор, на территории «Эллиникона» будет создан новый закрытый частный город на 27 тыс. жителей площадью от 3 до 3,6 млн кв. м. В нем будут разные типы жилой застройки, туристические отели, казино с подсобными помещениями, офисные здания, предприятия розничной торговли и огромные универмаги, учреждения здравоохранения и социального обслуживания, частные университетские комплексы и другие здания, служащие образовательным, культурным и спортивным целям.

Этот самодостаточный город предлагает широкий спектр услуг, но он изолирует тех, кто в нем живет, и действует антагонистически по отношению к соседним зонам с экономически активными центрами в окружающих населенных пунктах, создавая обширные новые зоны с офисными помещениями, универмагами и т.д. Фактически, это частный город со своими общественными услугами и функциями общего пользования, финансируемый греческим государством.

Город этот также заключает в себе угрозу экологической катастрофы. Аттический бассейн, и без того уже насыщенный антропогенными сооружениями, нуждается в адаптации к изменению климата, а не в новой застройке. Уже сейчас здесь наблюдается огромный пузырь на рынке недвижимости в прибрежных и соседних с ними населенных пунктах.

В силу некоторых своих экономически выгодных условий этот новый частный город будет привлекать потребителей из числа постоянных жителей окружающих населенных пунктов и всего Аттического бассейна, что будет означать дополнительный урон для и так сокращающейся хозяйственной деятельности Аттики. Новые офисные здания, торговые центры и другие магазины на проспекте Вульягмениса, наряду с массовым жилищным строительством, предусмотренным в плане Фостера, наводнят рынок недвижимостью и, возможно, приведут существующие компании к банкротству.

Новые низкооплачиваемые и ненадежные рабочие места будут созданы на руинах малых и средних строительных фирм, коммерческих и туристических предприятий, занятости на основе твердого оклада, самозанятости, а также дополнительного дохода от аренды. Огромная стройка будет существовать в течение многих десятилетий, создавая постоянную нагрузку и на функции города, и на жизнь жителей, не говоря уже о туристическом секторе. Земля Аттики будет задушена массивным слоем бетона.


Приватизация и субсидирование

Приватизация «Эллиникона» происходит во имя погашения государственного долга, но отправится в эту 320-миллиардную черную дыру лишь небольшая сумма. По мнению экспертов Технической палаты, инвестиционная стоимость «Эллиникона» составляет 3 млрд евро, но получено за него лишь 576 млн.

Согласно двум последним отчетам, подготовленным по запросу прокурора по борьбе с экономическими преступлениями Иоанниса Драгациса, фактическая стоимость имущества в четыре раза выше, чем уплаченная сумма, а цена, подлежащая уплате компанией-инвестором, по меньшей мере в два с половиной раза ниже той, что рассчитывается на основе стоимости имущества на сегодняшний день.

В любом случае скудная сумма, полученная за аэропорт, пойдет на погашение долга. Но греческое правительство будет обязано тут же заплатить 134 млн евро за перемещение государственных учреждений, находящихся на территории аэропорта, а также покрыть стоимость туннеля для проспекта Посейдона и, с первого дня создания нового города, должно будет взять на себя эксплуатацию и обслуживание открытых пространств и парка, государственное планирование и инфраструктуру, муниципальные здания и услуги, создав для этого специальный административный орган.

Греческое государство также отдает в чужие руки олимпийский парусный центр «Святой Косма» и другие олимпийские объекты высокой экономической ценности. Другими словами, греческое государство наказывают «инвестициями», которые должны быть реализованы не за счет собственных ресурсов частного лица, а за счет заимствования у тех же банков, которые отказываются обеспечить ликвидность малого и среднего бизнеса.


Сопротивление распродаже

Движения протеста, борющиеся против каждого отдельного случая изъятия — особенно когда речь идет об основных коммунальных услугах и активах государства, — сталкиваются с серьезнейшими проблемами. Их оппоненты — европейские «институты», осуществляющие неолиберальную политику, правительство СИРИЗЫ – Независимых греков, оппозиция и национальная олигархия.

Но борьбу стоит вести, если видеть в ней часть более широкого проекта, цель которого — поставить под вопрос и, возможно, торпедировать обязательства, предусмотренные меморандумом, вернуть суверенитет страны и восстановить демократические институты, действие которых было приостановлено институциональным переворотом, навязанным еврозоной и евровалютой.

Эти акции протеста высветили две крупных проблемы: отмену демократии и суверенитета страны и требование отмены — или, по крайней мере, радикального урегулирования — долга, во имя которого посредством кредитных соглашений и меморандумов конфискуются активы греческого государства и греческих граждан.

Существует широкий социальный и политический консенсус относительно общих целей, которые являются фундаментальными предпосылками для выживания страны, для восстановления производства, а также для социальной реконструкции. Бремя «нелегитимного, одиозного и незаконного долга» — ключевой фактор, вызывающий отмену автономии греческой демократии и процессов принятия решений, фактор, низводящий страну до положения протектората или того, что некоторые называют «долговой колонией».

Осознание этой реальности и того, как она затрагивает жизнь простых греков, способно питать социальное и политическое сопротивление, т.е. то дело, за которое мы боремся.


Примечание

1. Стафис Кувелакис — профессор Королевского колледжа Лондона, бывший член ЦК партии СИРИЗА. — Прим. ред.

Источник: Jacobinmag

Комментарии

Самое читаемое за месяц
  • Андрей Десницкий