Отвернулся ли мир от демократии

Колонки

07.04.2017 // 353

Преподаватель Школы управления и публичной политики Аризонского университета (США), исследователь политических практик авторитаризма и процессов демократических преобразований.

В упадке ли глобальная демократия? Рост артобстрелов со стороны профессиональных ученых, специализирующихся на этой теме, заставляет подозревать, что да. В упадке. Например, Исследовательский совет по социальным наукам недавно выпустил под своим грифом серию эссе о «неувязках демократии». В последние два года Journal of Democracy также напечатал серию статей по этому предмету, настаивая на реальности подобной угрозы.

Но несмотря на то что в пользу такого вывода говорят результаты отдельных выборов, сами процедуры исследований и выбранные показатели не слишком удачно подобраны, чтобы описывать или предсказывать ближайшие последствия. Что именно говорит об упадке демократии и что может стоять за таким упадком? Может быть, надо поменять саму стратегию исследования данных?

Доказательства глобального упадка демократии делятся на три вида. Первый вид — это международные показатели, например Фридом Хауса, свидетельствующие, что число свободных государств не растет, но, напротив, уменьшается. Второй вид — результаты выборов, показывающие растущую поддержку лидеров, не желающих считаться с нормами демократии. Третий вид — данные исследований индивидов, например Всемирного опроса по ценностям (World Values Survey). Меньше всего изменений — в международных показателях. Хотя Фридом Хаус и указал на некоторые страны, в которых демократия под угрозой, вряд ли мы можем говорить о настоящем «откате назад». Более того, этот упадок скорее объясняется переоцененностью настоящего уровня демократии во многих странах в 1990-е годы, чем действительным свертыванием демократии.

Более убедительные доказательства упадка демократии мы видим по результатам выборов в глобальном масштабе и по данным опросов. Хотя показатели демократии еще далеки от того, чтобы говорить о ее исчезновении, все равно на горизонте собираются черные тучи. Если говорить о результатах выборов, то успех партий и лидеров, опирающихся на националистические эмоции в Европе и США (некоторые из них даже выиграли выборы), вызывает обеспокоенность, что все их призывы могут обернуться походом против либеральных свобод, особенно против меньшинств. Эта же проблема значима для Азии, где Прабово Субианто, бывший офицер в подчинении низложенного автократа Сухарто, почти что выиграл президентские выборы в Индонезии, несмотря на (или благодаря) обещания свернуть либеральную демократию. На Филиппинах популярный президент Родриго Дутерте настаивал на допустимости самосуда, особенно над наркодилерами и самими наркоманами.

Несмотря на красноречивость подобного рода свидетельств, нам все еще не хватает теории или самого веского свидетельства, чтобы связать эти разрозненные события. Что делает этих лидеров или эти партии антидемократическими? Их готовность попрать гражданские свободы меньшинств? Или готовность подорвать демократические институты? Первая угрожает либеральным ценностям, а вторая — скорее, процессуальной демократии. В Европе (и в США) наибольшую озабоченность, похоже, вызывают антииммигрантские, антиглобалистские и националистические движения. И куда меньше обращается внимание на то, что угроза демократии вышла за пределы Европы, распространяясь на Филиппины, Индонезию и Латинскую Америку, где больше всего должно тревожить сосредоточение полноты власти у исполнительной власти и отказ от верховенства закона. Обе тенденции — очевидно, смежные, но коренные их причины и возможные пути их преодоления, вероятно, окажутся достаточно сходными.

Важность диагностики характера этих антидемократических призывов становится просто необходимой, когда мы сталкиваемся с доказательствами демократического упадка, проистекающими из ответов на опросники в World Values Survey (WVS). Предыдущие исследования показывали, что демократия находится под угрозой, на основе данных WVS, свидетельствующих об увеличении недовольства демократией и поддержке автократических альтернатив. Хотя число респондентов, поддерживающих авторитарные альтернативы, по-прежнему составляет меньшинство, это число растет, особенно среди молодых респондентов в США и, в меньшей степени, в Европе. Это, по-видимому, свидетельствует о растущем отказе от демократических норм и о поддержке автократических альтернатив, бросающих открытый вызов как либеральным нормам, так и демократическим институтам.

На первый взгляд, доказательство кажется убедительным. Но интерпретировать эти данные оказывается не так просто, когда мы выясняем, что группы, выражающие недовольство демократией, по данным WVS, отличаются от тех, кто голосует за как бы автократических кандидатов. В то время как молодые избиратели, как правило, показывают меньшую поддержку демократии на словах, избиратели среднего и старшего возраста чаще поддерживают кандидатов из правых — таковы результаты исследования практик голосования.

Существует несколько причин, почему связь первого и второго не так проста. Во-первых, основываясь на концепции «недовольных граждан», следует предположить, что неудовлетворенность демократией не обязательно означает ее меньшую поддержку. Во-вторых, возможно, что вопросы, использующие сакраментальное словцо на букву «Д», измеряют вовсе не степень поддержки именно тех демократических ценностей, что имеют в виду составляющие опросники ученые. В частности, злоупотребление утвердительным ответом или разность концептуализаций термина «демократия» затрудняет интерпретацию собственно ответов.

В качестве частичного решения некоторые опросы адресно нацеливались на выяснение, поддерживает ли респондент роспуск парламента «сильным лидером» или возможность «нахождения военных» у власти. Однако вовсе не ясно, могут ли эти вопросы помочь обнаружить сторонников автократии или противников демократии. Действительно, в абстрактном смысле большинство граждан предпочли бы, чтобы у власти «не оказались военные». Но «жизненные вопросы» для них выглядят в принципе не так… Что ни говори, существенно лишь одно: готовы ли люди променять демократические нормы на достижение значимых для них целей.


Как можно лучше измерить приверженность людей демократии

Чтобы лучше оценить природу стоящей перед нами проблемы, я предложил бы следующее. Во-первых, при рассмотрении потенциальных связей и сходств между различными предвыборными кампаниями было бы полезно провести текстовый контент-анализ предвыборных речей в разных странах в разное время, чтобы оценить, насколько на самом деле сходны антидемократические кандидаты и партии в разных странах. Основное внимание следует уделить сходству посланий избирателям в предвыборных речах: произошел ли качественный и количественный сдвиг в сравнении с прежним антидемократизмом.

Во-вторых, необходимо провести дополнительную работу, чтобы связать вопросы анкет, например опроса World Values Survey, непосредственно с поведением избирателей в день голосования. Если мы можем выявить кандидатов, склонных к антидемократическим воззрениям, встречаем ли мы при тех же опросах избирателей, выражающих недоверие демократическим институтам при голосовании за определенных кандидатов?

В-третьих, мы должны разработать меры, которые позволят лучше оценить, не отказываются ли граждане от поддержки демократических норм в пользу каких-то жизненно важных запросов. Одним из потенциальных путей исследования может быть более широкое использование вопросов сравнительной оценки, которые наиболее часто используются в маркетинговых исследованиях. Простейший пример — вопрос, сколько потребителей готовы платить существенную цену за повышение качества товаров. Поскольку простое выяснение того, добиваются ли потребители высококачественных товаров («Да!») или снижения цен («Разумеется!»), вряд ли много дает, то только более конкретные вопросы заставляют респондентов определять цену, которую они готовы заплатить за повышение качества.

Что до поддержки демократии, то можно было бы спросить респондентов, в какой степени они продадут верность демократическим нормам ради других жизненно важных целей. Иными словами, насколько респонденты готовы «заплатить» демократией за «выигрыш» по целому ряду вопросов (иммиграция, глобализация, неравенство, окружающая среда)? Будут ли граждане поддерживать приостановку действия демократических институтов своей страны, чтобы лидер в одностороннем порядке, ни с кем не согласовывая, обеспечил решение одной из столь сложных проблем? Все эти вопросы пока открыты: нам только предстоит осмыслить потенциальную угрозу демократии, которая с некоторых пор приняла уже всемирный масштаб…

Источник: LSE Blogs

Комментарии