Территория, или «Защита Януковича»

Колонки

21.04.2017 // 241

Филолог, журналист, колумнист (Иркутск).

4 мая в Киеве начнется суд по обвинению экс-президента Украины В. Януковича в государственной измене. Генеральная прокуратора Украины считает, что Янукович «совершил государственную измену… с целью содействия Российской Федерации и ее представителям в нарушении суверенитета и территориальной целостности Украины в надежде получить поддержку и защиту от представителей власти Российской Федерации для последующего длительного проживания на территории этой страны и избегания уголовной ответственности в Украине».

Виктор Янукович, которому так и не была вручена повестка в суд, тем не менее, готовится к защите. О том, как будет строиться эта защита, пока можно только догадываться. Однако по крайней мере об одном из интересных аргументов Януковича в свою защиту можно, в порядке предположения, судить уже сейчас. Этот аргумент следует как из некоторых опубликованных документов, так и из высказываний самого Януковича. И если это предположение подтвердится во время суда, это, помимо прочего, будет означать дальнейшее развитие и осмысление такого важного и интересного понятия, как «территория страны».

Вспомним о недавних событиях вокруг обращения В. Януковича к В. Путину от 1 марта 2014 года. В марте пресс-секретарь Президента России Д. Песков сообщил журналистам о том, что письмо Януковича Путину с просьбой ввести войска (далее цитата) «официально в администрацию президента не поступало. Никакого подобного документа в администрации президента не регистрировалось». Это заявление Пескова было расценено многими как изменение позиции Кремля, ибо ранее президент Путин признавал наличие такого обращения, и именно его цитировал в ООН 3 марта 2014 года представитель России, ныне покойный В. Чуркин. Существование этого заявления с подписью Януковича недавно подтвердила и официальный представитель МИД России М. Захарова.

Однако есть официальный ответ Генеральной прокуратуры РФ от 7 марта 2017 года на обращение украинских коллег, вроде бы подтверждающий слова Пескова. В нем вроде бы (опять необходимо употребить это «вроде бы») отрицается наличие обращения В. Януковича к Президенту РФ и в Совет Федерации Федерального Собрания РФ с просьбой о вводе войск, то есть, на первый взгляд, подтверждается сказанное Д. Песковым. Наконец, незадолго до ответа Генпрокуратуры РФ, по этому же поводу высказался на пресс-конференции 22 февраля 2017 года и сам экс-президент Украины В. Янукович: «Я не просил вводить войска на Украину. Это не так» (цитата по ТАСС, сам Янукович говорит «в Украину»). И далее Янукович добавил: «Это не письмо, а заявление, во-первых. Во-вторых, есть законы. Я не изменял своему народу, я пытался свой народ защитить и сделать это в рамках своих полномочий». То есть факт наличия заявления Янукович признал, однако подробно говорить о нем не стал, уточнив при этом: «Здесь чисто такие юридические вопросы, и я бы не хотел сейчас анонсировать способы своей защиты».

Нежелание Януковича подробно высказываться в свою защиту до судебного процесса понятно: его аргументами могут воспользоваться его обвинители, и поэтому он осторожен в выражениях. Однако если проанализировать относящиеся к теме документы и выступления разных официальных лиц, можно с высокой степенью уверенности предположить, на чем именно будет построена «защита Януковича» в той части, которая связана с вводом российских войск. В частности, из такого анализа следует, что на самом деле никакого изменения позиции Кремля относительно существования просьбы Януковича о вводе войск (сначала вроде признавали наличие обращения, теперь вроде отрицают) на самом деле нет.

Обращение (или заявление, или письмо Путину) за подписью Януковича, судя по всему, действительно было. Именно его зачитывал 3 марта 2014 года В. Чуркин в ООН, его существование подтвердила М. Захарова, оно есть в стенограммах ООН. В официальном же ответе Генеральной прокуратуры РФ, а также в словах Д. Пескова, которые, заметим, будучи выражением официальной позиции, не являются официальным документом и могут быть откорректированы в любой момент, можно обнаружить не столько изменение позиции Кремля и совсем не отрицание факта существования такого обращения, а нечто гораздо более интересное. И сам ответ Генеральной прокуратуры РФ украинской прокуратуре, судя по всему, был подготовлен на самом деле с единственной целью — с целью защиты В. Януковича в суде. И из этого ответа нашей генпрокуратуры, а также из ответа Януковича на вопросы журналистов, становится более-менее ясно, как именно будет строиться эта защита.

Напомним текст заявления Януковича, процитированный В. Чуркиным в своем выступлении в ООН 3 марта 2014 года. Вот заключительный абзац этого заявления:

«…В этой связи обращаюсь к Президенту России Владимиру Владимировичу Путину с просьбой использовать Вооруженные Силы Российской Федерации для восстановления законности, мира, правопорядка, стабильности и защиты населения Украины. Виктор Янукович».

А теперь внимательно прочитаем два последних абзаца официального ответа Генеральной прокуратуры РФ украинским коллегам:

«…Ни в Администрацию Президента Российской Федерации, ни в Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации какое-либо заявление Януковича В.Ф. с просьбой использовать Вооруженные силы Российской Федерации на территории Украины (выделено мной. — В.Д.) не поступало и этими государственными органами не рассматривалось.

Какие-либо заявления Президента Украины Януковича В.Ф. не являлись основанием для обращения Президента Российской Федерации в Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации о даче согласия на использование Вооруженных Сил Российской Федерации на территории Украины».

Дважды повторенное выражение «на территории Украины» не оставляет почти никаких сомнений: в своем ответе украинским коллегам от 7 марта 2017 года Генеральная прокуратура РФ встала на чисто формальную позицию. Действительно, в заявлении Януковича, процитированном Чуркиным в ООН (других публикаций у этого текста нет), нигде не сказано, что Янукович просит Путина использовать войска именно «на территории Украины». Об этом же говорит и сам Янукович: «Я не просил вводить войска в Украину» (последнее слово он произнес с нажимом). А поскольку нет возможности сравнить текст ответа Генеральной прокуратуры РФ с запросом Генеральной прокуратуры Украины, можно просто предположить, что вопрос про «территорию Украины» прозвучал именно в украинском запросе. Да и в обвинении, опубликованном Генеральной прокуратурой Украины, речь идет о «нарушении суверенитета и территориальной целостности Украины».

Из ответа Генеральной прокуратуры РФ оборота про «территорию Украины» и из слов самого Януковича следует, что защита В. Януковича в суде, вполне возможно, будет ссылаться как раз на отсутствие в заявлении Януковича какого-либо упоминания о «территории Украины». Но если это предположение подтвердится, защитникам Януковича придется отстаивать довольно странную позицию. Им придется говорить, что Янукович действительно обратился к Путину с просьбой «использовать Вооруженные Силы Российской Федерации для восстановления законности, мира, правопорядка, стабильности и защиты населения Украины», но использование российских войск на территории Украины при этом не предполагалось. С точки зрения здравого смысла это выглядит абсурдно. В самом деле, а как можно использовать Вооруженные силы РФ с целью «восстановления законности, мира, правопорядка, стабильности и защиты населения Украины», не вводя их на территорию Украины? Летать на самолетах и ездить на танках вдоль границы? Но то, что очевидно с точки зрения здравого смысла, в суде должно подтверждаться точными формулировками, а «территорию Украины» в своем заявлении от 1 марта 2014 года Янукович действительно не упоминает.

И в этом случае могут возникнуть интересные вопросы. Территорию какой страны тогда имел в виду Янукович в своем обращении, если он имел в виду не территорию Украины? Вариантов тут немного. Либо в тексте обращения Янукович просил Путина использовать российские войска на территории России, где они и находятся, — но тогда возникает ситуация, совершенно не описанная в российском законодательстве. Либо имелось в виду использование Вооруженных сил РФ на территории каких-то третьих стран — но тогда вопросов еще больше. Можно, конечно, утверждать в суде, что Янукович просто написал публицистическое обращение для использования его в дипломатической полемике (и в этом качестве оно было зачитано Чуркиным) и подписал его как частное лицо. Но возможно ли президенту, пусть даже находящемуся в критической ситуации, на время превратиться в политического публициста, призывающего, на манер какого-нибудь Проханова, ввести российские войска неведомо куда?

Не исключено, впрочем, что само понятие «территория Украины» в заявлениях Януковича и российских официальных лиц подвергается на наших глазах какому-то не очень понятному, но радикальному переосмыслению. Мы и без того видим, как на границе, за которой начинается «территория Украины», происходит что-то необычное и почти мистическое: то на этой границе куда-то пропадают эшелоны с военной техникой, то за этой границей неожиданно находят «территорию России», как какое-то полезное ископаемое.

Само понятие «территория страны» (не только Украины), как следует из процитированных выше заявлений, а также из событий последних лет, на наших глазах наполняется новым политическим и отчасти юридическим содержанием. В частности, заслуживает внимание постепенное расхождение понятия «территория страны» с ее географическими границами. По мере того как наша страна, под нынешним чутким руководством, все решительнее выходит из узких и тесных юридических закоулков послевоенного мироустройства на широкий простор дикого поля всемирной истории, можно будет, видимо, наблюдать, как понятие «территория страны» будет все меньше привязано к географическим границам. Оно все больше будет наполняться историческим, мифологическим и даже мистическим содержанием: достаточно вспомнить, сколько раз упоминалось слово «сакральный» в связи с событиями на востоке Украины и в Крыму, причем не только в новостях и пропагандистских текстах, но и в заявлениях официальных лиц. А если учесть недавно сделанное Путиным (пусть даже в шутку) замечание, что «граница России нигде не заканчивается», то можно с легкостью вычислить новую формулу России как страны, территория которой везде (где нам надо), а граница — нигде.

Еще немного, и сказочная «мать сыра земля» окажется у нас актуальной политической формулой, а там, глядишь, и будет признана одушевленным существом женского пола на официальном уровне. В общем, нас ждет много интересного, и не только на начинающемся 4 мая суде над В. Януковичем, так удачно забывшим упомянуть «территорию Украины» в своем обращении 1 марта 2014 года.

Комментарии