Как же не посадить самих себя за забор?

Государство «творческих интеллектуалов» и функции безопасности: кто независим в обществе зависимых

Дебаты03.05.2017 // 227
© Фото: Radek Bet [CC BY-NC 2.0]

О девяти тезисах Владимира Мирзоева «Что делать?»

Что делать с тезисами, озаглавленными «Что делать»? Прежде всего, как можно внимательнее прочитать; и при внимательном чтении что-то в первую очередь обращает на себя внимание, с этого можно и начать. Вопрос «что делать?» в России завис: серьезный ответ на него страшит, а несерьезных, игривых — переизбыток. Многие умудренные гуманитарным образованием либо житейской мудростью (исчезающе-редкий случай) ждут очередного этапа русской трагедии и готовятся ее, трагедию, как-нибудь обживать. Владимир Мирзоев пишет, как будто можно еще что-то сделать и еще и хотеть что-то сделать. Есть, однако, важнейшие темы, которые не обойти: что делать с управляющей страной группировкой? Затем: что делать с общественным разделением? Что делать с самим этим государством?

Эскиз Владимира Мирзоева выстроен вокруг двух главных тем, заявленных в тезисах 1 и 4 — это реструктуризация общества и в тезисе 2 — минимализация государства. Предполагается принципиальное разделение общества на группы и сообщества — прежде всего профессиональные (Мирзоев почему-то называет их «феодальными», подразумевая скорее всего отнюдь не рыцарские ордена, а цеха, как они были описаны в советских учебниках истории). Это сообщества, отделенные друг от друга на территории большой страны пространственно с непроницаемыми перегородками («Будем жить под одним солнцем и не встречаться веками» — тезис 4). Некоторые из них буду самоуправляемыми (тезис 5), их представители, не испытывая интереса к политике и государственной деятельности, будут заниматься творчеством и накапливать нематериальные активы взаимного признания и восхищения (тезисы 7 и 8). Свои доходы они будут тратить вдумчиво, умело (тезис 2) заказывая государству услуги, за которые готовы платить. Для этого «представительную демократию лучше бы свести к необходимому минимуму» (тезис 9). И тогда ограниченному в бюджетах и сокращенному в численности чиновничеству придется всемерно учитывать интересы народа: «Они молятся деньгам? Так пусть их бог растворится в народе — они и народу поклонятся в ножки» (тезис 9).

Вот эти две темы — 1) замыкание «творческих людей» (в широком смысле слова) в замкнутые сообщества, и пусть остальные живут как хотят, так что единственным каналом сообщения между этими сообществами «своих» и государством становятся деньги, и 2) минимизация до возможного минимума (раз уж невозможно его вовсе извести) современного бюрократического государства — прекрасно сходятся одна с другой, и на то, каким именно образом они сходятся, хочется в этом комментарии указать — именно чтобы этого не делать. Вернемся к тезису 4: «Децентрализация РФ. Соединенные штаты России как форма мирного сосуществования “двух народов” — людей модерна и людей архаики. Они не должны тянуть друг друга — ни назад, ни вперед. Страна огромная, пустая — места всем хватит. Будем жить под одним солнцем и не встречаться веками. Библейский пояс и Калифорния — пример для нас. Новый мир — это мир социальной специализации, он не тотален, он похож на дробный мир до империй. Глобальная деревня состоит из множества малых “деревень”, комфортных для каждой уникальной группы».

Простой вопрос: а кто будет осуществлять разграничение «двух народов»? Хоть страна Россия и велика, жить в ней, как ни странно, тесно. На вопрос, как сделать так, чтобы «люди архаики» не нападали на поселения «людей модерна», можно ответить так: между ними должна быть возведена непроходимая стена. Другой ответ состоит в том, что переходы должны контролироваться какой-то силой, и если это не сила государства, то кто же? Негосударственный силовой агент. Жителям глобализованных деревень модерна нужно будет платить кому-то за возможность наслаждаться свободой от «людей архаики» — проще говоря, за безопасность. И если они не захотят платить государству с его чиновниками — а Владимир Мирзоев скептично относится к их желанию платить государству, — им придется платить кому-то еще. Даже если бы эти деревни были окружены стенами, за обслуживание стен тоже ведь нужно платить. Эти вышеупомянутые средневековые цеха «феодальных времен» когда-то в случае осадного положения защищали отведенные им участки крепостной стены, но все-таки судьбу городов, как правило, решал не их массовый героизм. Да ведь и жить в состоянии ежедневной осады невозможно. Значит, появятся наемная стража «стены» или наемный персонал блокпостов и тот, кто сможет обеспечить услуги по управлению стражей. В тезисах о том, что делать, описан чрезвычайно мирный (и метрополитанный) образ жизни и ничего не сказано про самооборону, например; значит, функцию «обороны» возьмет на себя или же вменит себе кто-то другой. Калифорния — как раз показательный пример «для нас»: этот штат с его Силиконовой долиной и знаменитым продвинутым образом жизни долгое время лидировал среди других американских штатов по превышению расходов на тюрьмы над расходами на образование — и прославился этим своеобразием. Творческий отрыв и креативный драйв калифорнийских серферов-айтишников-супербиоконструкторов обеспечен армией надзирателей, но об этом ведь обычно как-то не думается. Когда Владимир Мирзоев пишет в тезисе 5: «Я могу персонализировать свой налог, отдать его конкретному человеку, который не анонимен, который работает со мной и моей семьей», — хочется узнать, готов ли он отдавать свой налог конкретно работающему с ним и его семьей Цапку, чтобы избежать со-работничества с неким Цапком-2. Впрочем, вместо слова «налог» в такой ситуации стоит уже использовать более подходящее и более соответствующее феодальным временам слово «дань» (если уж быть совсем точным — «ясак»). И если такая перспектива не привлекает, а она, смею думать, мало кого привлекает, то что делать с такой перспективой? Вот важнейший вопрос.

Чтобы будущий мир не оказался миром сплошных заборов и сторожей проходов между заборами, нужно заранее учитывать и продумывать такую перспективу — иначе это произойдет как бы само собой.

Стремление к пространственному разграничению сопровождается стремлением к «разборке» существующего государства. Об этом — пункты 2 и 9: слабое государство будет поставлено в зависимость от общества, развитие которого оно «не сможет и не захочет тормозить» (хотя из приведенных выше тезисов читатель уже узнал, что общества в единственном числе уже тоже не будет). Проще говоря, эта тема повторяется несколько раз на протяжении коротких тезисов: новые жители новой России откажутся платить чиновнику в обобщенный и неэффективно (вообще неизвестно как) расходуемый бюджет и будут платить друг другу за разные услуги. И тут не может не возникнуть классический вопрос: а как быть с долгосрочными инвестициями? Скажем, услуги таких людей, как «врач, юрист, стилист, поэт, кинорежиссер», близки и понятны; это люди творческих профессий из круга «своих». Кто будет оплачивать работу эпидемиологических служб? А как насчет метеостанций, отслеживающих движение атмосферных фронтов над океаном, — там, где пронесется самолет, увлекающий поэта и кинорежиссера из одной «глобальной деревни» без пересадок сразу в другую «глобальную деревню»? Ведь если это будут делать спутники и роботы, кто-то должен не только собрать, но и регулярно смазывать этих роботов. В целом, кто будет заниматься всякой всячиной и платить за это? Обычно такими малоинтересными и высокоспециализированными делами, обеспечивающими возможность совершения других, более заметных дел, занимается государство.

Как что-то делать? Такое пренебрежение государством не столько глобализует «людей модерна», сколько замыкает их в стенах небольших деревень, причем отнюдь не только в метафорическом смысле, осаждаемых снаружи людьми архаики. И возможно не худшим выходом для них, этих самопросвещенных глобалистов, будет призвать какого-нибудь господина и даже, не побоюсь этого слова, Хозяина, чтобы он организовал сколь-либо регулярную жизнь вместо отринутого ими неэффективного, потерявшего регулярность государства.

И «повторится все, как встарь!»… Как-то невозможно об этом не думать, думая о том, что делать.

Читать также

  • Что делать?

    Феодальному устройству “системы РФ”, феодальной культуре начальства нужно противопоставить феодальные же принципы самоорганизации. Профессиональные микросообщества, лиги или такие проекты, как убитая чиновниками “Страна детей”, университетские удельные княжества, куда полиции вход запрещен

  • Комментарии