Десять тезисов о свободных университетах в авторитарных странах

«Европейский университет в Санкт-Петербурге был закрыт не потому, что российским властям не понравилось качество воспитанной им элиты, а потому что он стал центром привлечения всей либеральной элиты к экспертному анализу»

Тезисы 23.04.2018 // 3 600

1. Повсеместное распространение либеральных норм университета не означает исполнения ими либеральной миссии.

Международные университеты либерального типа есть и в несвободных странах, например в Китае. Но само их существование — результат скорее сговора с авторитарными правительствами. Так, в китайских либеральных университетах свободным интернетом пользуются граждане других стран, но не Китая — такое ограничение конкурентных преимуществ собственных граждан можно объяснить только логикой сговора.

2. Миссия либерального университета в Восточной Европе — возвращение, а не воспитание элит.

Центральноевропейский университет (ЦЕУ) в Венгрии сыграл свою роль в посткоммунистическом транзите, но также привел и к «утечке мозгов». Он должен был воспитать новую элиту, но на выборах эта элита дробилась и проигрывала. Точно так же и Европейский университет в Санкт-Петербурге был закрыт не потому, что российским властям не понравилось качество воспитанной им элиты, а потому что он стал центром привлечения всей либеральной элиты к экспертному анализу. Для своих стран эти университеты — агенты опережающего развития, для властей — смутьяны, вносящие раздробленность в национальную элиту.

3. Различные авторитарные правительства по-разному оценивают угрозы для себя со стороны либерального типа социально-гуманитарного знания.

В России власти не стремятся к закрытию соответствующих специальностей, но считают возможным поставить их под полный контроль бюрократии, определяющей все рамки возможных действий. Тогда как в Турции и тем более в Китае в социальных науках видят прямую угрозу режиму. С точки зрения руководства Китая, экономику приходится делать более либеральной, но либеральный университет может начать угрожать режиму. Поэтому политика Си Цзиньпина проста: полная открытость естественных наук и закрытие социальных наук по первому требованию. Как это возможно, показал Эрдоган в Турции, где целые факультеты были поголовно обвинены в антигосударственном заговоре.

4. Авторитарным правительствам разрешают угнетать свободу мысли в результате внешнеполитических сделок.

Так, Эрдоган может делать с университетами все что хочет, потому что с ним никто не собирается ссориться: он искусно контролирует потоки мигрантов в Европу. Поэтому голосов в поддержку арестованных и угнетаемых исследователей почти не слышно. Турция, Китай, Россия и Венгрия сходятся в том, что правящая партия видит в академической свободе угрозу себе. Это не значит, что университеты должны быть тотчас закрыты, но значит просто, что соответствующие правительства, выбирая между либеральным и официозным университетом, всегда поддержат второй, расчетливо полагая, что при этом не возникнет никакого проигрыша в качестве.

5. Либеральные университеты обвиняются в том, что они провоцируют конфликты внутри академической среды.

Так, американские дипломы ЦЕУ были восприняты другими венгерскими университетами как недолжное конкурентное преимущество. При этом на сторону большинства университетов встали не только простые люди, представляющие ксенофобские настроения, но и почти весь средний класс, яростнее всего сражающийся за «равенство возможностей».

6. Борьба либеральных университетов за свои права всегда вынужденна.

ЦЕУ был вынужден создать сеть сторонников, просто чтобы объяснить свою политическую позицию тем, кто политизировал конфликт. Но и протесты не сохранили позицию ЦЕУ в Венгрии: оставшись в Будапеште, университет осуществляет ряд образовательных программ в США, а популярность Орбана делает перспективы вроде бы достигнутых договоренностей неясными.

7. Язык свободы — это язык знания, а не язык большинства.

Либеральный университет не борется за корпоративные привилегии для себя. Он защищает независимость знания от большинства, иначе говоря, само право общества на знание. Кроме того, либеральный университет всегда обращается к закону, он не ориентирован на политический расклад и тем самым отстаивает ценность независимой экспертизы и автономного принятия решений.

8. Угрозы либеральному университету возникли и в мировом масштабе.

Одна из них — визовые режимы в современном мире, препятствующие нормальному академическому обмену. Другая — создание авторитарными режимами своих государственных университетов, воспитывающих бюрократию: эти «правильные» университеты получают право голоса в том числе и для суда над либеральными университетами. Наконец, средний класс во всех странах сейчас склоняется к ужесточению контроля над миграцией: именно он с опасением относится к мультикультурности и поддерживает государственные университеты как обеспечивающие воспроизводство существующего порядка и будущее их детей.

9. Академическая свобода входит в число европейских ценностей.

Академическая свобода — ключевая европейская ценность. Замечу: где университеты не могут преодолеть диктатуру большинства, там нет ни свободной прессы, ни независимого суда. Либеральные университеты призваны объяснять населению, что благополучие страны производится не волей большинства, а эффективной работой институтов.

10. Либеральные университеты учат экономике знания и его открытости.

Государственные университеты обычно упрощают знания, а либеральные университеты всегда считали, что современное социально-гуманитарное знание — вещь не из легких. Но только овладение им открывает доступ к истине. Истина существует, в том числе, как энергия и тяжелая работа и требует от нас демократического доверия, вплоть до веры. Открытость знания — итог завоевания все новых высот, а не существования в мире защиты интересов заинтересованного в наступлении новой эпохи «большинства».

Реферат статьи Майкла Игнатьефф «Роль университетов в эпоху авторитаризма». Подготовлен редакцией Gefter.ru

Комментарии