Британская пресса и евроскептицизм: зеркало или увеличительное стекло?

Колонки

15.04.2013 // 616

Британский политолог, публицист, сотрудник Европейского института Университета Сассекса, основатель и директор Центра европейской политики.

Нет ничего нового в способности Британии быть злосчастной, будучи полностью внутри ЕС, как и быть несчастной, будучи полностью вне его. Покойный Макс Констамм, депутат Еврокомиссии в ранние годы объединения Европы, рассказывал мне о первом своем визите в Лондон вместе с Жаном Монне, когда они пытались добиться от британского правительства поддержки в создании европейского «Объединения угля и стали». Хотя оба ожидали холодного приема, они были тепло встречены высокопоставленным дипломатом, говорившим: «Мы восхищены тем, что вы делаете целью объединение Европы. Но если мы решим присоединиться, а потом изменим предпочтения, то каковы условия выхода?»

Все эти сомнения в том, стоит ли становиться членом системы разделяемого суверенитета, системы с наднациональным управлением, вполне нормальны. Но жестковатый, иногда даже ксенофобский характер многих современных докладов евроскептиков — нечто другое. Притом что примеры евроскептицизма можно в наши дни найти в части медиа различных стран ЕС. Десятилетие назад такая враждебность медиа ЕС и самому процессу европейской интеграции ограничивалась Великобританией и, самое большее, Данией.

В рамках институций ЕС твердый отказ Великобритании от участия во всеевропейских делах традиционно объяснялся пагубным влиянием СМИ — в частности, бульварной прессы. То, что некоторые из самых влиятельных бульварных газет Великобритании имеют «иностранных» (неевропейских) собственников, позволяло рассматривать такую позицию как отражение личных корыстных интересов, наряду с идеологической враждой ко всему, что идет из Брюсселя.

Было бы ошибкой смешивать роль прессы в освещении дел Европейского союза с более широкими экономическими, социальными и политическими событиями, которые подпитывают критику и цинизм в отношении ЕС. Британские СМИ скорее отражают, а не создают отношение населения к ЕС, хотя бы они и смотрели на дела через искажение призм массивных увеличительных стекол.

В большинстве своем все, когда-либо работавшие в структурах Европейского союза, особенно все, проживающие в Брюсселе, могут привести десятки примеров, когда решения ЕС ненадлежащим образом передаются в СМИ евроскептиков и впоследствии становятся частью народной мифологии. Достаточно вспомнить о таких выдумках, как предполагаемая директива ЕС о ношении «рыбаками сетки для волос» или регулирование «допустимых форм бананов». Поскольку серьезные репортажи встречаются все реже и реже, газетные публикации все больше основаны на принципах индустрии развлечений, а не профессиональной журналистики.

Более серьезным является непродуманное освещение серьезнейших проблем, таких как мошенничество при распределении средств ЕС — в частности, в сельском хозяйстве. Некоторые евроскептические британские газеты утверждали, что ответственность лежит на глубоко некомпетентной, если не коррумпированной, Еврокомиссии. Но в реальности исключительную ответственность за надлежащее использования средств ЕС несут национальные правительства. Комиссия лишена юридического права вмешиваться в эту зону «национальных суверенитетов».

Любой анализ ответственности английских СМИ за популистский цинизм по отношению к Европейскому союзу должен не упускать из внимания более серьезных долгосрочных проблем, начиная с недостаточной представленности британских СМИ в Брюсселе — на месте — и в других столицах Европы. Бульварная пресса практически не располагает корпунктами в большинстве европейских столиц и, главное, не имеет их в Брюсселе. Чаще всего перед нами «слепой полет» — запись и интерпретация лондонских анекдотов о «событиях» в Европе.

40 лет назад, когда Великобритания присоединилась к (тогдашнему) Европейскому экономическому сообществу, картина была совершенно иной. Даже бульварные британские газеты, такие как Daily Express, Daily Mirror и Daily Mail, имели превосходную сеть корреспондентов по всей Европе, покрывавшую все центры молодого ЕС.

Реальной проблемой явилось сокращение ресурсов, выделяемых газетами на содержание иностранных корреспондентов. Несколько лет назад я слышал, как старший редактор New York Times высказывался по сему поводу так: «Двадцать лет назад пресса в некотором роде походила на пирамиду, основанием которой были репортажи, а вершиной — статьи комментаторов и аналитиков. Сегодня пирамида перевернута. Отчасти благодаря новым медиа, отчасти благодаря процессам внутри редакций газет, комментарий и аналитика чем дальше, тем больше занимают львиную долю пирамиды, а доля репортажей сжимается, как шагреневая кожа».

Никто не стал бы отрицать растущий позитивный вклад новых — «социальных» — медиа в общественные дискуссии по политическим вопросам. Сейчас в таких дебатах задействовано гораздо больше голосов, чем когда бы то ни было. Но такое «комментаторство» болезнетворно. Оно подрывает самую основу журналистики — репортаж о фактах. Чем дальше комментаторы находятся от первичных источников новостей, тем менее надежны их комментарии.

Равнодушие, как и предрассудки, — вот что формирует отношение британской прессы к европейским коллизиям. Это влияет не только на непосредственное освещение положения в ЕС, но и на возникновение скудости, недостатка серьезных докладов о внутренней экономической и политической жизни даже наиважнейших европейских партнеров Великобритании. Британская общественность гораздо больше наслышана о Вашингтоне, чем о Париже, Берлине, Риме, Варшаве или Мадриде.

Хотя нынешний кризис зоны евро ничего доброго ни на грош не принес, он по крайней мере — хоть на время — вызвал небывалое внимание британской прессы к происходящему в других европейских странах. В результате появилось хотя бы уяснение того, что совершающееся в зоне евро неизбежно глубоко сказывается на делах Великобритании, вне зависимости от того, входит она в нее или нет.

Когда евроскептические СМИ обращают все внимание на разнообразные альтернативы т.н. «полному участию» Великобритании в ЕС, чего и добивалось правительство Кэмерона, то насколько тщательно они намерены изучить, во сколько обойдется выбывание Британии на скамейку запасных Европы? Не случится ли так, что, пока суть да дело, «европейские» политические дебаты в Великобритании станут еще более зависимыми?

И, наконец, несколько финальных слов о «британских» СМИ и «британской» политике: насколько это слово имеет смысл? Политические дискуссии о членстве в ЕС Эдинбурга, Кардифф-сити и Стормонтского замка тончайше, но значительно отличаются по тону от дискуссий в Англии. А инициатива все больше остается за медиа «трех кельтских наций».

Источник: European Council on Foreign Relations

Комментарии