Евангелие от Полторанина

Колонки

Демократия в России?

04.07.2013 // 725

Журналист, публицист, политический обозреватель.

Изучая события 93-го года, невозможно обойти вниманием такую фигуру, как Михаил Полторанин. Она всплывает всякий раз, когда те или иные участники вспоминают, как они куда-то шли, ехали и вдруг услышали, узнали или просто обалдели, смотря телевизор, от происходящего вокруг Белого дома, и кому они стали звонить в «минуты роковые». Получается, что Полторанину.

Эпизоды те вроде бы проходные. Казалось бы, какая разница, кто кому тогда звонил, с кем хотел поделиться, от кого хотел услышать информацию из первых рук? Но, если задуматься, в этом может крыться определенный смысл. Дело в том, что накануне октябрьского кризиса, как теперь выясняется, политическая элита УЖЕ стратифицировалась. Часть ее вместе с Ельциным подалась в стратосферу, недосягаемую для простых смертных. Заперлась в Кремле, окружила себя СБП (служба охраны президента, предшествовала ФСО), в общем, вела себя, как боги на Олимпе: пила, ела, ходила на коллективную рыбалку в особые места и пьяно клялась на крови. А часть — так называемые демократические защитники Белого дома в августе 1991 года — отпадали от власти по закону разгонной ступени реактивной ракеты. Только они, «заслуженные большевики», об этом еще не знали, продолжая совещаться, писать проекты обустройства России, которые, как мы видим теперь, никуда не шли и никому больше не были нужны.

Тем не менее, у «демократов-большевиков» все еще оставались влиятельные «агенты» в верхнем «сталинско-бухаринском» эшелоне. И таковым, очевидно, для многих был «социально близкий» им Михаил Никифорович Полторанин, бывший профессиональный журналист, бывший главный редактор перестроечной «Московской правды», автор первого закона о СМИ. Оказавший ряд неоценимых услуг будущему Президенту России (одна из которых — трудно поверить! — фальсификация выступления кандидата в члены Политбюро ЦК КПСС Бориса Ельцина на Пленуме ЦК КПСС 21 октября; Полторанин написал то, что, по его мнению, Ельцин должен был сказать народу), он тоже сильно поднялся, опережая уровень собственной компетенции. Вошел в стратосферу, хотя и связей с профессиональной средой не потерял. Тот эпизод с фальсификацией стенограммы вроде бы заложил фундамент дальнейшей народной героизации «царя Бориса», который, в свою очередь, после победы августовской революции «расплатился» с Полтораниным должностью заместителя председателя правительства.

Более того, к Полторанину в результате приклеился ярлык «друга и оруженосца», от которого он сегодня открещивается. Позже, когда Полторанин станет склоняться к националистам, восприняв и многие националистические мемы — от перманентной войны с западной (в основном, еврейской) цивилизацией до рохлинского «армия спасет Россию», Ельцин, по его словам, зло бросит ему: «Вас почему-то все считают моим другом».

Вот к этому человеку в критические дни 3–4 октября и пошли демократические ходоки, не зная, что тот был уже по понятным причинам изолирован от центра принятия основных решений, а Полторанин, оставаясь на тот момент все-таки сторонником президента, а не мятежного парламента, в меру своего разумения стал давать указания. В основном, что говорить в эфире. Отчего у ельцинской гвардии демократов сложилось полное впечатление паралича власти и необходимости лечь на медийные дзоты с призывами раздавить красно-коричневую гадину.

Эта интерпретация событий 93-го года как дней тревожных спасения демократии от фашистского красно-коричневого переворота силами мобилизованных гражданских сторонников реформ (пик мобилизации — митинг и знаменитые баррикады у Моссовета) продержалась по крайней мере десятилетие, до начала нулевых и дискредитации девяностых. В основном, держится и сегодня, хотя к ней возникает все больше вопросов. И вдруг в 2011 году Михаил Полторанин совершает крутой идеологический вираж, публикуя откровения, полностью меняющие все акценты.

Книга называлась «Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса» (ЭКСМО, 2011) и вышла ограниченным тиражом, не получив сколько бы то заметную прессу. Но события в том числе и 93-го года предстали в ней, мягко сказать, несколько в ином свете. Власть, по Полторанину, не была парализована, она просто запуталась в интригах и, как начинающий убийца, сначала робко, а потом все смелей и смелей тестировала себя на допустимость перешагивания через поздние советские табу. Дав мятежникам увлечься, разрубила многие гордиевые узлы молодой демократии.

По жанру книга эта — стопроцентное Свидетельство, Евангелие тринадцатого апостола. Но можно ли ему доверять? Сложно сказать. О Полторанине его другой коллега по демократическому цеху недавно сказал коротко и кротко: «Жаль. Он потом сошел с ума».

Сумасшествие легко заподозрить и по параноидальной концепции иностранного заговора против России, которую Михаил Никифорович уперто проводит страницу за страницей. Заговор без напряга объясняет практически все события от прошлого до будущего и будет объяснять их, видимо, во веки веков. И то, почему так реформы пошли, и почему в стране увяла бурно взросшая в 91-м году демократия, и почему в конечном итоге мы дожили до диктатуры полковника КГБ со всеобщим ликованием и восхвалением его гениальности.

Не потому, что мы такие, не очень умные, не очень образованные, в родовых пятнах сталинизма, а очень просто: потому что так устроили злобные иностранные агенты таинственного Бнай Брита, пробравшиеся практически на все ключевые посты и окружившие ничего не подозревавшего вначале Михаила Никифоровича. А то, что у России с Западом при этом еще не клеятся почему-то отношения, так это, знамо, для отвода глаз.

Право, читать такое действительно неловко.

Как неловко, например, представить себе, что Бнай Брит, например, советовал бы нашему Патриарху настоять на посадке в тюрьму трех молодых девушек из «Пусси Райот» за танцы в храме. Чтобы, понятно, подорвать идейные позиции православия и россияне усомнились в самой правильной религии. Или что это Бнай Брит… соблазняет чиновников побольше украсть на строительстве Олимпиады. Однако «сумасшествие» Полторанина позволило… этой книге издаться (хотя бы и в разряде вместе с Дэном Брауном, типа «сумасшедший, что возьмешь?») и получить даже несколько сатирических рецензий.

Но Полторанин, как и Гамлет, сумасшедший только при норд-норд-вест. Во всех остальных направлениях политического ветра его наблюдения поражают реалистичностью и точностью психологических портретов, каковые вряд ли по силам «придумать». Взгляд изнутри на верхушку начавшегося капсулироваться режима заставляет поразиться тому, какие моральные инвалиды руководят нацией. Как они уже тогда были готовы врать и совершать политические убийства ради удержания личной власти и в каком как бы наркотическом дурмане взялись за реформирование не поддающейся их разумению экономики, как корыстные альянсы спели демократические романсы.

Истинно, наступает эпоха мемуаров (сюда, кстати, попадает и книга Авена и Коха «Революция Гайдара»), свидетельств, часто неосознанных, которые через мусор слов проговариваются в важном. Тайное так или иначе становится явным. В 2013-м мы реально больше знаем и понимаем о 1993-м, генезисе режима, но это знание, как ему и положено, не прибавляет нам оптимизма.

Комментарии